Реклама

Реклама

 главная 

 беременность и роды

 мамины проблемы

 малышкины проблемы

 воспитание 

 православные страницы 

 Ваш малыш (конкурс)

 конкурс!!!

 педиатр, семейный врач

 акушер-гинеколог

 психолог, дефектолог

 неонатолог (новорожденные)

 фтизиатр

 косметолог

 реабилитолог 

 невролог 

 Ваши новости

 форум 

 Литклуб

 юмор

ЛИТЕРАТУРНЫЙ КЛУБ

Татьяна Ветрова

Здравствуйте, дорогие читатели! Вот села и решила написать немного о себе. Может быть, вам интересно будет узнать побольше о человеке, который уже на протяжении месяца мучает вас своей писаниной:) Мне 26 лет. Родилась и живу в городе Новосибирске. Характер переменчивый, по  большей части, веселый.  Муж говорит, что благодаря мне, он экономит на билетах в цирк. Писать начала лет в шесть - семь. Первым произведением стал жесткий экшн (к сожалению, до сих пор не дожил) про крутого пятилетнего перца по имени Саша Соловьев, которого мама отправила в магазин за молоком. Подробностей я уже не помню, но точно отложилось в памяти, что до магазина он так и не дошел, потому что, стоило ему выйти из подъезда, как он попал в крутую переделку и на протяжении сорока страниц, мочил  нехороших дядек, освобождая каких - то бездомных щенков. В общем, хороший был мальчик Саша Соловьев…
С шестнадцати до восемнадцати, как и многие девочки в этом возрасте,  писала стихи, рифмуя "розы - слезы". Но, поняв, что поэзия это не мое, быстро к ней остыла и снова вернулась к прозе.
Сначала это были  короткие глючные рассказы в духе Ф. Кафки про девочек с мертвыми глазами и студенистыми ручками, которые бродят по чужим снам, пытаясь найти в них ответ на вопрос - а есть ли смысл в жизни? Но потом и это куда - то ушло…
И теперь, поняв, что "все фигня… и даже пчелы" (это из анекдота), я  двигаюсь в сторону иронического детектива. Не знаю уж, хорошо это или плохо.
Ну вот, вроде бы, и все. Если есть вопросы, задавайте...

Детектив

 (1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 , 8, 9 )

РАБОТА НАД ОШИБКАМИ.

ПРЕДИСЛОВИЕ.


Тонкий солнечный луч скользнул по истощенному грязному телу. Мгновение теплого прикосновения, как воспоминание из детства. Солнце… оно одинаково любит всех - великих и убогих. Лучик задержался на обросшей грубой, как у бездомного пса  щетиной щеке. Честер невольно улыбнулся - это были самые  блаженные минуты в его жизни. На мгновение он мог забыть, что находится в грязном, вонючем подвале, закованный, как каторжник в цепи и позволить себе представить себя в своей роскошной спальне в доме, похожем на дворец. Легкий ветерок колышет невесомые занавески…  рядом с ним нежится в постели самая прекрасная из женщин. Ее белоснежные локоны рассыпались по подушке, нежная как шелк кожа, восхитительное тело… они баловни судьбы, короли этой жизни. Им все подается даже не по первому слову, а по небрежному жесту, взгляду из - под томно опущенных ресниц. Он знает, что за массивной позолоченной дверью ждут слуги, прислушиваясь к их дыханию, не смея потревожить их сон.
Солнечный лучик побежал дальше по земляному полу, весело резвясь. Он смеялся над убогим узником, его воспоминаниями, лишал его всяческих иллюзий… вот, посмотри, вместо газовых занавесок забитое досками окно; вместо дурманящего запаха женского тела и шелка кожи, грязь, вонь, скрежет цепей. Честер застонал…. Боже, если бы можно было все забыть! Стать на самом деле тупым покорным животным без надежд и воспоминаний! Он мог смириться со всем - привыкнуть к холоду, голоду, жажде… даже к боли… но мысли о прошлом, об утерянном Рае сводили его с ума….. он бился головой о стены, пытаясь выбить эти воспоминания. Но чем настойчивее он пытался забыть обо всем, тем назойливее звучали в его голове голоса из той жизни, когда он был Человеком.  Почему? За что? Кто и за что ненавидит его с такой силой, что обрек на такие страдания? Миллионы раз он задавал себе этот вопрос, но не мог найти ответа. Он копался в своей памяти, выворачивал ее наизнанку, пытаясь вспомнить КОГО он мог так сильно оби!
 деть, но ничего… пусто.  Лишь доброжелательные лица, сладкие речи, ни одного злого взгляда… тот, кто это с ним сделал, умел притворяться….
Честер втянул носом воздух и зло выругался. - в ноздри ударил запах жаркого. В последние три дня его стали мучить вкусовые галлюцинации. Сначала это был запах копченостей,  а теперь вот жаркое. Он чувствовал его постоянно, он сводил его сума. Это все от голода. Только бы уснуть! Тогда будет легче! Во сне чувство голода ослабевало, и ему лишь снились бесконечные столы, которые ломились от яств. Он их ел, ел, ел, без конца, не жуя, отшвыривал тарелки, переходил от одного стола к другому. Разрывал нежное мясо оленя, запивая его вином из тонкого бокала, отрезал ломтик ананаса, сок которого стекал на белоснежные манжеты его блузы, а лакеи уже нарезали прозрачными ломтиками стерлядь, открывали бутылки с шипучим прохладным шампанским….
Честер резко сел и обхватил руками голову.  Запах жаркого усилился.  Он сглотнул горькую слюну. Господи, только бы уснуть! Тогда станет легче! Пусть на миг, но легче! Это невыносимо! Честер вздрогнул и открыл глаза - ему показалось… нет, какого Черта?! Он ясно слышал как кто - то скребется. Близко. Очень близко! Чет замер весь, превратившись в слух. Да! Вот! Неужели мыши?! Он почувствовал сильную дрожь. Нет, нет. Что тут делать мышам? Что им тут искать? Но желудок уже сжался в радостном предвкушении еды.  А что если это правда? Какая - нибудь маленькая, приблудная мышка…
"Ну, давай же, иди сюда!" - прошептал он, всматриваясь в темноту. Вот снова! Осторожный шорох! Честер осторожно сменил позу, стараясь не звенеть цепью, сковывающей его ноги и замер, превратившись в охотника. Он впился глазами в угол из которого слышался шорох. На миг ему показалось, что там произошло какое - то движение. Честер затаил дыхание - ну давай же, выходи! Вылези  твою мать!
Да, теперь он ее увидел. Это был крошечный, пушистый комочек с блестящими глазками - бусинками и любопытным носом. Длинные усики шевелились, когда она обследовала обстановку. Честер подавил радостный возглас. Он представил как разорвет ее на части и будет обсасывать эти маленькие косточки! Хотя нет, он съест ее всю вместе с костями и потрохами! Ну что же она не подходит! Честер напрягся. "Ну давай, иди же сюда, маленькая мышка… мы с тобой поиграем!" - беззвучно прошептал он, облизнув пересохшие губы. Если бы не короткая цепь, приковывавшая его за ногу к стене, он бы уже кинулся на нее, поймал, скрутил бы ей шею….
  Но мышь была осторожна…. Она бегала вдоль стены, оставаясь за пределами его досигаемости.  Поэтому нужно было запастись терпением и ждать.
Наверное, прошло несколько часов. Все тело ломило от напряжения. Он не шевелился, чтобы не вспугнуть животное. Честеру вспомнился роман Хэмингуэя "Старик и море", в котором Старик так же как и он сейчас, ждал свою рыбину.
Честер с ненавистью посмотрел на мышь. Она сидела напротив и, глядя на него блестящими глазками, неторопливо умывалась. У Честера не было выдержки героя Хэмингуэя. Он чувствовал как внутри закипает бессильная ярость. Эта тварь издевается над ним! "Спокойно, - приказал он себе, - она подойдет. Обязательно подойдет. Нужно лишь подождать".
Прошло еще около часа.  Ничего не менялось. Чета трясло от злости. Проклятая скотина! Что ей нужно в этой пустой комнате, где нет даже крошки еды?! А может быть она пришла специально чтобы поиздеваться над ним?! Он судорожно всхлипнул. Неожиданно мышь приблизилась чуть ближе чем раньше. Если бы он еще чуть - чуть подождал. Всего каких - нибудь две - три минуты, но его нервы были на пределе. Вскочив, Чет бросился вперед, на нее, выставив вперед руки. Кольцо цепи врезалось в ногу. Мышь шмыгнула в угол и исчезла в своей крошечной норке. Чет взвыл от отчаяния. Он начал в бешенстве кататься по полу, изрыгая страшные проклятия, биться головой о пол, рвать на себе волосы. Он рыдал, размазывая слезы и сопли по грязному лицу, царапал себе грудь. Это поражение перед жалким животным повергло его в совершенное отчаяние. Лишь к середине ночи - совершенно обессиленный, он затих, скорчившись на полу, забытый Богом и людьми.

 

ЧАСТЬ 1.

  

ГЛАВА   1


Люду разбудил телефонный звонок. Она подняла голову и уставилась в светящийся экран монитора. Опять уснула за работой. Телефон уже накалился. Люда с трудом разогнула затекшую спину. Все, надо прекращать работать до изнеможения. Шаркая ногами, она прошла через комнату к стоящему под диваном телефону, охая, нагнулась, протянула к нему руку, и он замолчал. Люда в сердцах выругалась. Переставив телефон на диван, она подошла к зеркалу.
"Ну и рожа!"-  недовольно проворчала девушка.
На правой щеке отпечатались кнопки клавиатуры. Вокруг глаз круги, волосы дыбом и вдобавок ко всему, на кончике носа вскочил огромный прыщ. "Приветствую тебя, Краса России!" - хмуро улыбнулась Люда. Она причесала пятерней короткие волосы, пошаркала на кухню, включила чайник. Из раковины на нее с укором смотрела гора грязной посуды.
"Я тебя не вижу!" - огрызнулась Люда и пошла в ванную комнату. Умывшись и причесав жесткие, как щетка волосы, она вернулась на кухню. Чайник уже закипел. Люда налила себе кофе, достала из пачки, лежащей на столе, сигарету и застыла, словно йог. Вот и новый день начался.
"Здравствуй, день", - скривилась Люда, глядя на мокрые деревья за окном.
Замечательно! Тарасов так и не позвонил! Люда тяжело вздохнула. Бросить бы все к Чертовой матери и сбежать на Край Света. Как Анютка. Та ведь смогла начать все с нуля.
Люду удерживали две вещи: во - первых, она не привыкла сдаваться и убегать поджав хвост, а во - вторых, за свою жизнь, Люда поняла, что от себя все равно не убежишь.
 И к тому же, она все еще надеялась на то, что он будет принадлежать ей.
Тарасов….
Он стал ее наваждением. Их отношения были для нее мукой: быть всегда рядом с ним, смотреть на все его романы и сгорать от любви. Да, она с успехом может возглавить клуб мазохистов.  Люда грустно улыбнулась. Три года  назад у нее появился шанс стать самостоятельной - один парень с конкурирующей телекомпании пригласил ее вести утренние новости, но тогда произошла та история - Люда поморщилась при воспоминании о ней - и она не смогла оставить Тарасова. Тогда она была нужна ему особенно сильно. Не смотря на весь трагизм произошедшего, это было самое прекрасное время. Тогда она была для Тарасова самым близким человеком.  Люда вспомнила, как светились его глаза на исхудавшем лице, когда она появлялась в его палате с неизменной гвоздикой в зубах. И потом, на суде, когда завели этих мудаков…. Она сжала Тарасову задрожавшую руку, и он посмотрел на нее с такой благодарностью….
Люда выпустила струйку дыма - куда все это ушло. Как вернуть те короткие мгновения счастья, когда он принадлежал только ей?!
Снова зазвонил телефон. С сигаретой в руке, Люда бросилась в комнату. Тарасов?! Да, это должен быть он!
Она сорвала с телефонного аппарата трубку и закричала, запыхавшимся голосом: "Да! Слушаю!"
"Здорово, гарная дивчина!" - раздался бодрый голос Тарасова. Люда почувствовала, как вспыхнули уши.
"Привет, Чили Перчик", - улыбнулась она. С давних пор у них была привычка оригинально приветствовать друг - друга.
"Что - то ты невеселая, - рассмеялся Тарасов, - что, тяжелая ночь?"
"Разорвала бы его!" - подумала Люда и натянуто улыбнулась: "Прямо в точку. Заездила двух коней, -  Она услышала в трубке его смех. Люда смяла в блюдце, стоящем на столе, сигарету - ну а ты как съездил?"
"Хорошо, - ответил каким - то странным голосом, - ты можешь приехать ко мне? У меня кое - что есть для тебя".
Люда усмехнулась: "Что восходящей звезде не подошел бикини?"
"Приезжай, - примирительно попросил Тарасов, - ты будешь довольна".
Разговаривая с ним, Люда включила телевизор. По местному каналу передавали новости.
"Ладно, - проворчала она, - заскочу на минутку. Кстати, у меня сегодня назначена на два часа встреча с Семенычевым по - поводу Томпсонов".
"Ну и чудненько! Заезжай ко мне, а от меня поедем к Семенычеву", - беззаботность в его голосе раздражала Люду.
"Ну, хорошо, я буду у тебя в двенадцать".
"О` к".
Люда повесила трубку и уставилась в экран телевизора. Ну почему все так грустно? В памяти всплыла строчка из стихотворения: "мы любим тех, кто нас не любит, мы гоним тех, кто любит нас".
 Люда тяжело вздохнула -  а ей и гнать некого.  Вспомнилась какая - то подруга, которая ходит на вечера в клуб знакомств. Надо будет позвонить ей - потому что так дальше жить нельзя - двадцать семь  лет, и никакой личной жизни. Это ужас! 
На экране появилась машина с разбитым передом.
"А, криминальная хроника….", - проворчала Люда и хотела переключить канал, но остановилась, слушая голос за кадром.
"…. На Бердском шоссе. В машине найдены документы на имя Сазоновой Анны Яковлевны.  Просьба свидетелей ДТП  или тех, кто владеет какой - либо информацией, позвонить по телефону 22 - 55 - 77". Люда схватила трубку телефона и набрала номер телекомпании. Ей ответил приятный мужской баритон. "Самойлов? - заорала Люда, - Это Ярыгина. Слушай, сейчас Федосеев прогнал какую - то хрень про ночную аварию на Бердском. Можно подробнее?"
"Да, - ровным голосом ответил мужчина, - на Бердском утром найдена машина. Она крепко поцеловалась с сосной. Рядом с машиной найден труп девушки".
 "Труп?! - у Люды потемнело в глазах, - в новостях про труп не сказали!"
"Было указание из ментуры пока не выдавать эту информацию. А что такое? Ты что - то об этом знаешь?"
"Постой, постой… - ее мысли работали как сумасшедшие, - а эта девушка? Кто она?"
"Она не представилась," - съязвил мужчина.
"Но были найдены какие - то документы?" - Люда нервно закурила, прижав трубку к уху. Пальцы дрожали.
"Да, кажется, была  найдена… слушай, ты лучше позвони 22 - 55 - 77.  Тебе там все расскажут".
"Самойлов, не будь свиньей!" - разозлилась она.
"Люда, извини, но мне некогда… у меня через пять минут эфир".
"Ладно, - не прощаясь, она повесила трубку, - так, Ярыгина, главное, спокойно".
Люда заходила по комнате, бросая на телефон злые взгляды. Сколько в городе Сазоновых Анн с отчеством Яковлевна?  Уйма! Простейшая мысль, как спасение, пришла в ее разгоряченную голову.  Она кинулась к телефону, набрала сотовый сестры. Один гудок, два, потом приятный женский голос поведал ей о том, что абонент временно недоступен.
Люда в сердцах кинула трубку и упрямо посмотрела на свое взъерошенное отражение в зеркале: "И даже это еще ничего не значит!"  - процедила она сквозь зубы. Она резко выдохнула, как всегда, когда принимала трудные решения и набрала телефон, названный Самойловым. Ей ответил женский голос.
"Здравствуйте, - Люда отметила, что голос стал хриплым, - я звоню по - поводу сегодняшнего сообщения в новостях об аварии на Бердском шоссе".
Женщина заинтересовалась: "Да, слушаю Вас…."
"Возможно, - слова давались ей с трудом, - это моя сестра…. Я знаю, что возле машины было обнаружено … тело девушки. Вы можете описать ее?".
"В новостях про труп ничего не было сказано," - насторожилась женщина.
"Да, я знаю, - нетерпеливо подтвердила Люда, - но я сама работаю на телевидении и обладаю более полной информацией, чем прочее народонасение".
"Понятно.  Вы могли бы подъехать к нам на опознание?"
Люда вспыхнула: "Нет, нет, подождите! Опишите мне ее!"
"Извините, я не могу ответить на этот вопрос," - мягко оборвала ее собеседница.
"Послушайте, дамочка, я ведь не прошу у вас поэтического описания в духе "Я помню жуткое мгновенье, передо мной явилась ты!" - Люда отметила, что трубка в руке дрожит, и сжала ее так, что бедняжка скрипнула, - так, в общих чертах…"
"Извините, я не могу ответить на этот вопрос," - бесстрастно повторила женщина, и Люде пришлось сдаться.
"Лады, диктуйте адрес, я сейчас приеду!"
Она схватила карандаш и нацарапала на клочке бумаги адрес. Потом попрощалась с собеседницей и повесила трубку. Кровь бешено стучала в висках. 
Только спокойно. И даже это еще ничего не значит! Люда нервно заходила по комнате. Так, думай! Думай! Где ее еще можно поискать?
 Стоп!
В памяти всплыло имя "Влад". Это ее бойфренд. Люда кинулась к столу, рванула ящик, высыпала на пол содержимое и торопливо начала перебирать  бумаги. Где - то должен быть записан его телефон. Она помнит, что Аня диктовала его. Ей под руку попалась записная книжка, распухшая от записей. Люда открыла на букве "В". Абонента  с именем Влад там не было. Она почесала огрызком карандаша затылок. Так, попробуем по - другому. Люда открыла блокнот на букве "А".  Вот, есть -  "Анин бойфренд".
Дрожащими от нетерпения пальцами, Люда набрала его номер. Раздались длинные гудки. Один, два, три. У Люды с детства была привычка считать гудки.
"Алло," - бесцветный мужской голос.
"Влад?"
"Да".
"Здравствуйте, меня зовут Людмила. Я сестра Ани. Вы, случайно, не знаете, где она?"
"Она не говорила о том, что у нее есть сестра", - подозрительно спросил мужчина.
"Мы не родные…., - Люда начала раздражаться, - да это не важно. Так Вы знаете, где Аня?"
"А зачем она Вам?"
Ну и фрукт!
 "Да у вас что, круговая порука молчания?" - процедила Люда сквозь зубы.
"Не понял".
"Мне необходимо с ней встретиться".
"Я не знаю где она, - жестко ответил Влад, - меня нет в городе. А как Ваша фамилия?"
Люда опешила. Ничего не ответив, она положила трубку. Странный тип. Ха! Как Ваша фамилия… КГБэшник что ли? Ну Аня и нашла дружка!
Она посмотрела на часы - пора ехать на опознание.  Люда взяла из пачки сигарету. Пальцы дрожали.
Так, сначала, надо успокоиться.  Надо контролировать свои эмоции, чтобы не впасть в панику и не наделать глупостей.
Люда вздохнула. Всю жизнь она только и делала, что училась самоконтролю. С тех пор, как ее козел - папаша в пьяном угаре выгнал их с мамой из дома на мороз. Люде было тогда пять лет. Она помнила, как мама дрожащими руками натягивала на нее фуфайку, и слезы замерзали у нее на щеках. Она помнила, как снег падал на ее каштановые рано поседевшие волосы, на красную кофточку. В памяти Люды мама осталась именно такой - напуганной, с дрожащими губами и огромными наполненными слезами глазами. Как всегда при воспоминании о матери, она почувствовала, как горло сдавила спазма.
Все.
Спокойно.
Все будет хорошо.
Это недоразумение.
 Нужно преодолеть себя, поехать на опознание, увидеть ту холодную девушку с посиневшими губами и убедиться, что это не Аня.
Люда смяла в пепельнице сигарету. Потом быстро оделась, взяла рюкзак, обулась и напоследок посмотрела в зеркало. Вот так - прямой взгляд, решительно сжатые губы. Никто не мог заподозрить ее в слабости. Так было всегда.
Самообладание изменило ей лишь один раз. Тогда, три года назад, стоя на коленях перед Тарасовым, она почувствовала себя песчинкой затерявшейся в песчаной буре.
                                        _________________

Люда мысленно вернулась в то время. Тогда сенсацией года был Роман Масковецкий. Его картина "Приют" произвела сенсацию в мире кинематографа, он получил много наград престижных кинофестивалей, и взять у него интервью, было большой удачей. Люда добивалась этого долгие два месяца и вот, когда он уже дал согласие, когда пришел на встречу, Тарасов кинул ее. Просто не пришел. Интервью сорвалось. Тогда она еще была слишком зависима от него и не уверена в своих силах, чтобы провести все в одиночку.
Из гостиницы, где должна была состояться встреча, Люда сразу поехала домой. Она с силой захлопнула за собой дверь, кинула на трильяж рюкзак.
Какой позор!
"Ну, Тарасов, тебе это так просто с рук не сойдет!"
Безответственная сволочь! Так подвести ее! Она сползла по стене на пол и зарыдала. Как он мог! Это интервью было для нее самым важным в жизни! Она так долго к нему готовилась! Люда подняла голову и посмотрела на свое отражение в зеркале трильяжа. Лицо перекосило, тушь потекла, оставив на щеках черные потеки.
 "Еще и ревешь! - шмыгнула она носом, - как последняя неудачница!"
Дрожащей рукой она нащупала в рюкзаке пачку сигарет, достала одну, закурила и почувствовала, как постепенно успокаивается.
Нет, это еще не конец! Если есть хоть один шанс из десяти, она его использует. Нет, она сейчас не будет звонить Тарасову. Выдержит паузу.
Она посмотрела в зеркало и , увидев, как вновь задрожали губы, жестко сказала себе: "Не реветь! Все, спокойно-  ты самая умная, красивая и удачливая девушка! Ты всего добилась сама  и ЭТУ неприятность переживешь. Все! Плюнь и разотри".
Она докурила и раздавила  окурок. Потом поднялась и прошла на кухню, открыла холодильник, достала оттуда бутылку водки. Налив себе половину стакана, Люда чокнулась со своим отражением в темном окне: "За самую лучшую девушку!"
Она залпом выпила, занюхала рукавом своей шерстяной кофты, хотела налить еще, но передумала и убрала бутылку в холодильник. Порылась в нем в поисках закуси, нашла палку колбасы сомнительного вида, банку маринованных корнишонов. Тут же на запах еды на кухню прибежал большой тощий кот и потерся о ноги хозяйки, громко урча. Этого кота ей подарил Тарасов на прошлый День Рождения. В комментарий к подарку, он нес какую - то ахинею про тепло и уют, которые внесет это милое животное в ее дом. Просил называть его Мурлыка. Но Люда назвала кота Цап Царапыч за то, что тот по утрам драл когтями ее одеяло. А вместо уюта,  внес в дом совершенный беспорядок метя углы и обдирая обои. К тому же она, в связи  со спецификой работы, редко бывала дома и, кот орал в одиночестве свои кошачьи песни, раздражая соседей. Сейчас Люда занималась тем, что искала "хорошие руки" в которые можно было бы отдать этого паршивца. Люда скосила на кота глаза и недовольно пробурчала: "Ну, здорово, монстр… что, прог!
 олодался? Нет чтобы встретить меня у порога, так ты прибегаешь лишь когда жратвой пахнет".
Она отломила коту кусок колбасы и бросила под стол.
Цап Царапыч набросился на колбасу, довольно урча. Люда открыла банку корнишонов, отломила для себя колбасу и начала трапезу. От водки она повеселела , и ситуация  уже не казалась ей такой безнадежной. Ничего, у нее еще будет шанс проявить себя. У нее ведь есть предложение Ромки, конечно не хочется туда уходить - у них там все через з..д, но и ведь и сейчас она в полной ж…пе. Так что, разница невелика. Поев, Люда решила, что убирать со  стола ей лень и прошла в комнату, плюхнулась на диван, включила МТV. Из кухни походкой короля жизни пришел сытый и довольный Цап Царапыч, прыгнул к ней на колени и начал ласкаться, истосковавшись за день  один в пустой квартире. Люда улыбнулась и почесала ему за ухом. Кот замер, блаженно улыбаясь.
"Ах ты подлиза, - рассмеялась Люда и подумала, что ей будет не хватать его, -  мы с тобой самые хорошие, самые энергичные, самые умные…. Мы всего добьемся без участия всяких Тарасовых. Кобель! Все они кобели! - неожиданно зло процедила она сквозь зубы. Кажется, она опьянела сильнее, чем думала. Кот поднял голову и удивленно заглянул в ее наполненные слезами глаза своими огромными глазищами.
"Ну, кроме тебя, конечно!"  - поспешила успокоить его Люда.
Цап Царапыч удовлетворенно зажмурился и снова замурлыкал. Так, гладя кота, Люда не заметила, как уснула.
Проснулась она от звонка сотового. Ничего не понимая спросонья, Люда вскочила, уронила на пол задремавшего кота. Тот возмущенно фыркнул и убежал из комнаты.
Девушка сходила в коридор, достала из рюкзака сотовый, посмотрела на высвечивающийся номер звонящего и зло усмехнулась: "Ах, Тарасов! Как мило… в половине третьего ночи! Натр …. ся вволю и обо мне вспомнил!" Она кинула телефон обратно в рюкзак и вернулась на диван.
 "Цап Царапыч, ты куда делся? - позвала Люда кота, - иди со мной спать…".
Но кот не приходил.
Сотовый не замолкал .
"Совсем охр..л! - возмутилась Люда, слушая телефонные трели, - сейчас, конечно же, начнет мне заливать про непредвиденные обстоятельства!"
Рюкзак ходил ходуном от включенного вибро - режима.
Люда удивленно подняла брови - какой настойчивый - то, а?
Подождав еще минуты три, она встала, полная решимости высказать Тарасову все, что о нем думает, достала телефон, нажала кнопку ответа.
"Да!" - рявкнула она так грозно, что осталась собой очень довольна.
Около минуты трубка шуршала и издавала какие- -то непонятные звуки, потом голос, отдаленно напоминающий Тарасова, прохрипел с большими паузами. "Люда… Люда… Лю.."
"Закусывать надо, Тарасов!" - грубо оборвала его Люда и собралась отключить телефон, но что - то ее остановило.
"Люда…помоги.." - раздалось в трубке.
Люда недоуменно почесала затылок: "Тарасов хватит меня разыгрывать… ты где?"
Тишина, а потом снова хрип: "Люда…. Помоги мне… "
И тут она испугалась. По настоящему - до дрожи в коленях и ледяного пота.
 "Тарасов, что с тобой?"
Он не отвечал.
"Олег, ответь!"- закричала она, так, что зазвенело в ушах.
"Ресторан "Венеция"….  - прохрипели в трубке, - здесь… во дворе… Лю… "
Он снова замолчал, и больше уже не ответил, несмотря на все ее призывы.
"Олег, никуда не уходи! Я сейчас приеду!"
Она, как была в комнатных тапочках, выбежала из квартиры, подцепив рукой рюкзак.
Кое - как закрыв дверь на ключ, Люда выскочила на улицу и понеслась к остановке. На бегу она набрала номер Тарасова, но ответа не было. В ушах стучало "двор ресторана "Венеция"!
Выскочив на дорогу, Люда проголосовала. Остановилась белая "девятка". Сидящий за рулем мужчина лет сорока, приветливо улыбнулся: "Куда едем?"
Люда  рванула на себя дверцу, упала на переднее сиденье.
 "Метро "Заельцовская"… к ресторану "Венеция"" - отрывисто приказала она.
Его лицо приняло грозное выражение, когда он рассмотрел пассажирку: растрепанные волосы, дикие глаза, на ногах домашние тапочки.
"Наркуша". Зло подумал он и грубо произнес: "А ну выметайся из машины!"
Девушка уставилась на  него тяжелым взглядом: "Давай, батяня, газуй, я тебе хорошо заплачу".
Она порылась в рюкзаке и достала скомканную десятидолларовую купюру. Сунула ее мужчине в руку: "Вот, бери, приедем, еще дам. Только быстрее!"
Спрятав деньги в карман пиджака, водитель рванул с места.
"Пожар что ли?" - гоготнул он.
Девушка не ответила. Она достала сотовый  и, набрав номер, превратилась в слух. Через несколько минут выругалась, бросила сотовый в рюкзак и принялась грызть ноготь на большом пальце.
Некоторое время они ехали молча. Потом она посмотрела на часы и резко спросила: "Что так медленно? Давай поживее!"
Машину занесло на повороте.
"На большой скорости она развалится. Поедешь на одном колесе", - грубовато ответил он.
Девушка что - то неразборчиво пробормотала и отвернулась к окну, с ожесточением вцепившись себе в палец. Через несколько минут они подлетели к ресторану "Венеция".
"Рули во двор!" - скомандовала она, вглядываясь в темноту.
"Нет, дальше уж сама," - огрызнулся водитель. Ему было жутковато с такой чокнутой пассажиркой. Скорее бы от нее отделаться - кто знает, а вдруг там, во дворе ее дружки поджидают? Не тратя время на разборки, она выскочила из машины и побежала за дом.
"Эй, а деньги?" - крикнул  ей вслед мужчина.
"Стой здесь!  - закричала она, чуть повернув голову, - я скоро приду!"
Она завернула за угол. На нее набросился ветер, швырнул пылью в глаза. Обхватив себя за плечи, Люда в растерянности остановилась. Ну и куда же теперь? Где его искать?
 "Тарасов!" - крикнула она и замерла, прислушиваясь.
 Ответом ей была тишина.
Она пошла вперед, вдоль шершавой стены дома, дошла до конца и прижалась к холодному камню, раздумывая, что же делать дальше. Неожиданно ее осенило. Она залезла в рюкзак и нашарила там сотовый, достала его, набрала номер Тарасова и прислушалась к тишине. Вот! Есть!  Бодрая мелодия Моцарта заиграла в другой стороне двора. Тарасов, я спешу к тебе на помощь! Я уже близко!
Она побежала туда, на звук мелодии старательно обходя канавы и какие - то темные предметы. Наконец она нашла его. Он лежал на земле возле стены - темная масса. Люда отключила сотовый и кинула его в рюкзак. Дрожащей рукой провела по его телу, рука попала во что - то липкое. Люда почувствовала, как горло сдавила спазма. Она упала рядом с Тарасовым на колени и испуганным шепотом произнесла: "Тарасов, ответь! Это я!" Он не издал не звука. Тогда она начала бестолково трогать его за руки, плечи, повторяя в исступлении: "Тарасов, скажи, что ты жив!"
Он застонал. Тихо, жалобно. Люда отпрянула от него, всхлипнула: "Ну, Слава Богу! А притворялся мертвым!" 
Она вскочила на ноги: "Сейчас, Олег, подожди, я приведу помощь… у меня там, в кустах рояль спрятан!"
Люда побежала назад, выскочила на проспект и  в бессильной ярости закричала  "Сволочь!"
 Машины не было.
Она наклонилась, зачерпнула пригоршню щебня, швырнула ее в ту сторону, куда уехала машина и замерла, глядя на пустынную улицу.
Желтыми огнями мигали светофоры.
Она вернулась к Тарасову, возле которого оставила рюкзак, достала сотовый, набрала номер скорой, сообщила дежурной адрес.
Потом села рядом с Тарасовым и закурила. Было тихо и жутко. Чтобы не слышать его стонов, Люда затянула любимую с детства песню.
Она любила что - нибудь напевать себе под нос, хотя и не обладала абсолютным слухом.  Тарасов однажды после ссоры резко сказал ей : "Умоляю что угодно делай, но только не пой!"
После этого она больше не пела в его присутствии. Но теперь он не мог ей помешать, и Люда тихо завывала, глядя в беззвездное небо.
"Зима пройдет, и лето промелькнет.
И ты ко - мне вернешься, так мне сердце говорит.
Тебе верна я буду,
лишь тобою буду жить…
ТОБОЙ лишь буду жить".
        _____________________

Лифт, как обычно, не работал. Закинув рюкзак за спину, она сбежала вниз по лестнице и вышла на улицу. Возле подъезда стоял "LAND CRUISER" цвета беж. Девушка скользнула взглядом по тонированным стеклам.
Когда она поравнялась с машиной, из нее выскочили двое мужчин и зажав ей рот, затащили внутрь. Она довольно быстро оправилась от  шока, осмотрелась. Мужчины сели по обе стороны от нее -  молчаливые, словно древние каменные изваяния.
Машина мягко тронулась. Люда с испуганным любопытством посмотрела на сидящего на переднем сиденье рядом с водителем мужчину. У него была короткая спортивная стрижка, мощная шея, светлые волосы. В этой группе он, явно, занимал лидирующее место.
"Людмила Васильевна?" - спросил он, не поворачивая головы. Люда подумала, что знает этот бесцветный голос.
  Она сощурила глаза и внятно произнесла: "Да, Влад Батькович". Он повернул голову и удивленно посмотрел на эту маленькую щуплую рыжеволосую девушку: "Откуда Вы меня знаете?"
Люда внимательно посмотрела в его мясистое лицо с чуть приплюснутым носом, выпуклые бледно - голубые глаза, низкий лоб. Теперь она запомнит его.
"У меня хорошая память на голоса, - ответила она. В его глазах появилось восхищение,  - у вас можно курить?"
"Да, кури…"
Люда достала сигареты, закурила, выпустила струйку дыма  и внимательно посмотрела в его глаза: "Что это еще за "Шпионские игры"?"
Он был серьезен: "Что ты знаешь об Ане? Когда видела ее в последний раз?"
Люда дурашливо улыбнулась и затараторила: "Ничего… я хотела просто встретиться с ней… совершить шопинг… сходить в Краеведческий музей… тебе, Влад, должно быть стыдно - с тех пор как Анютка встретила Вас, я перестала ее видеть… а ведь мы сестры", - Люда кокетливо подмигнула ему.
Но он остался серьезен.
"Хватит паясничать, Людмила, -  его голосом можно было колоть орехи - я знаю, что сегодня на Бердском была найдена ее машина. И я хочу знать, что все это значит. А если я хочу что - то узнать, то узнаю это."
Улыбка сползла с лица Люды. Она своенравно повела острыми плечами и сделала глубокую затяжку: "К сожалению, мне нечего Вам сказать.. я, действительно, не видела Аню  с тех пор, как вы познакомились. Сегодня утром из новостей я узнала об аварии. Я предположила, что это ошибка, и позвонила ей на мобильный, но он не ответил. Тогда я позвонила Вам, надеясь на то, что она   с Вами".
"Откуда ты узнала, о том, что возле машины был найден труп?"
Люда озадаченно посмотрела в его холодные глаза. Это становилось интересным.
"А ты откуда о нем узнал?"
"Здесь вопросы задаю я, - резко оборвал он, - итак, откуда тебе стало известно, что возле машины найдено тело? В новостях об этом не сказали."
Люда посмотрела на громил - телохранителей и решила, что нужно сдаться.
"У меня много знакомых на телевидении. Я позвонила кое - кому и мне сказали про… - она запнулась, - тело".
Влад приблизил к ней свое лицо: "Это все?"
Люде стало нехорошо под его тяжелым взглядом. Но она выдержала его и скривила в улыбке красивые губы: "Да, все".
 Влад кивнул водителю, и тот остановил машину.
 "Можешь выходить… возможно, мы еще встретимся," - произнес он без улыбки. Влад чувствовал, что эта девушка что - то скрывает от него. Он всегда чувствовал, когда ему не говорили правды - профессиональный опыт. Но пока ему не за что было зацепиться. Неожиданно девушка порывисто сжала его руку выше локтя.
 Под пальто прощупывались стальные мускулы.
 Влад чуть отпрянул.
"Скажи, ты был там? - она пытливо всматривалась в его глаза, - ты ее видел?"
По его лицу пробежала тень.
"До свидания, Людмила," - жестко произнес он.
Охранник открыл дверь, выпуская девушку, но она упорно не хотела отступать.
 "Влад, скажи мне только одно - это ведь не Аня?"
Охранник за руку грубо вытащил ее из машины. Они уехали. Люда осталась стоять посреди тротуара разозленная, словно дикая кошка.
"Тоже мне, агент три ноля!" - процедила она сквозь зубы и направилась к автобусной остановке. Ей предстояло тяжкое испытание.

        За двенадцать часов до описываемых событий:

 

 ГЛАВА 2

                   
      Аня подошла к окну, сжимая в руках чашку с кофе. Ее глазам открылась унылая картина - мерзкий осенний дождь, сгорбленные, спрятавшиеся под зонты люди. В такую погоду особенно остро чувствуешь одиночество.
Ей так хотелось, чтобы кто-нибудь был рядом. Тот, кто не спешил бы с советами, и не знал ответов на вопросы, которые она еще не успела задать. Кто-то, кто просто выслушал бы ее и тихо погрустил вместе с ней о том, кто живет в памяти. В памяти всплыли строчки из  стихотворения Анны Ахматовой:
 "Слава тебе безысходная боль, умер вчера сероглазый король!"
Не вчера, а уже больше года назад, но боль не прошла до сих пор, не потеряла остроту. И неправда, что время лечит.
Она так устала от воспоминаний. Они сводят с ума. Сутки напролет все об одном. Засыпать и просыпаться с мыслями о том,  что было сказано, а главное, что осталось невысказанным.
 Почему? Зачем? Кто ответит на эти вопросы, которые не дают ей принять действительность. Боже, она так одинока… среди миллионов людей, населяющих эти каменные джунгли!
 Однажды, спустя месяца два, после появления  в этом городе, Аня, не в силах выносить одиночество, вырвалась на улицу. Она больше не могла  сидеть в четырех стенах. Они давили на нее; воздух был горячим, от него сжало виски.
 Она свернула в какой-то бар… он был похож на "Хижину", где они любили зависать с Кирей. Там к ней подсел местный Дон Жуан…. она запомнила только его желтую с черным кофту и толстые пальцы, держащие сигарету. Она "вцепилась" в него и начала взахлеб рассказывать о Кире… о своем позорном бегстве….она даже не заметила того, что Дон Жуан  давно убежал, и она разговаривает с бутылкой. Прямо как в старых добрых фильмах про неудачников…да, она тогда  серьезно перебрала.
Кажется, даже плясала… странные танцы одиноких дамочек… закончилось все довольно печально: были менты, вытрезвитель, где и нашли ее Люда с Тарасовым. Пока Тарасов улаживал дела с бумажками, Люда прижала Аню к себе - напуганную, рыдающую от стыда. "Все, успокойся, я здесь, я рядом, я с тобой!"  - произнесла она, гладя ее по вздрагивающим плечам.

Люда - вот кто ей сейчас нужен! 
Аня подняла трубку телефона и набрала номер сестры.
 "Да, слушаю!" - рявкнула трубка.
Аня сникла - похоже, она выбрала не самое лучшее время для звонка. 
"Люда, приветики, это Аня".
"А… ты", - разочарованно протянула Люда. Аня почувствовала укол по самолюбию.
Похоже, сестра ждала звонка от кого - то другого.
"Как жизнь?" - спросила Аня немного более суховато, чем хотела.
"Полная ж…па! - проворчала Люда - Через неделю приезжают Томпсоны, а у нас все в сыром виде! Да еще Тарасов - козел укатил с очередной Дусей Булочкиной - восходящей звездой шоу - бизнеса на съемки клипа!"
Голос Люды задрожал от негодования.
"А кто такие Томпсоны?" - спросила Аня.
"Ну, ты, мать, даешь! - изумилась Люда - прямо как с Луны свалилась! Не знать Томпсона! Это же, самый человечный из человеков! Он возглавляет всемирную благотворительную организацию. Его "Tompson - Medican" занимается изготовлением препаратов для людей с ограниченными способностями. В октябре он открывает у нас представительство".
Аня отметила, что голос у Люды повеселел, как всегда, когда она говорила о любимой работе.
"Он что, доктор?"
"Какой там… он бизнесмен. Чужое горе, это, Анечка, хороший бизнес", - тон Люды принял поучающую интонацию.
"Но… - Аня замялась, раздумывая как бы помягче выразить мысль, - это ведь серьезный гость…"
"И что?" - угрожающе перебила Люда.
Помягче не получилось.
"Ну, я в том смысле, что у вас развлекательная программа…"
"Была, - с достоинством ответила Люда, - а теперь она переходит в статус социально - политической".
"Взрослеете!" - улыбнулась Аня.
"Ну, дак!"
 "Молодцы! И неужели Тарасов в такой ответственный момент уехал? Это на него не похоже".
Люда зло выругалась.
"Кобель! Он совсем голову потерял от этой девки… - Аня услышала, как Люда чем-то зашуршала, - подожди, я сейчас закурю…"
"А что входит в его программу этого твоего…"
"Томпсона, - подсказала Люда глухим голосом, - Конференции на тему "Мы за мир во всем мире", посещение приютов - ну это обязательно в память о Честере. Ты бы знала, какая сейчас идет война  между директорами наших детских домов. Каждому хочется, чтобы Томпсоны посетили именно их заведение. Петушиные бои просто отдыхают. Прочитай в "Комсомолке" статью Якубовского - он хорошо прошелся по всем этим "любителям детишек"" - Люда хохотнула.
"А кто такой Честер?"
"Это тот самый пропавший отпрыск Томпсонов, А, ты же ничего не знаешь…  Подожди, я схожу, кофе себе намешаю," -  не дожидаясь ответа, она ушла на кухню. 
Насмешка в ее голосе задела Аню. Да, она совсем не следит за событиями в мире. Она не знает в лицо политиков, имеет смутное представление о том, кто представляет какую партию, и какая у них программа. Из журналов она предпочитает "Космополитен", потому что там пишут о красивой жизни и  женщинах, все заботы  которых сводятся  к выбору тонального крема. Люда всегда с легким презрением относилась к ее вкусам и нередко подсмеивалась.
"Але, - это вернулась Люда, - ты жив?"
"Да", - отозвалась Аня.
"На чем я остановилась?" -  Люда зазвенела ложкой, размешивая сахар.
"На том, что я отстала от жизни", - обиженно ответила Аня.
 Люда рассмеялась: "Да ладно, будь проще… - так как Аня молчала, Люда продолжила, - так вот вся эта история началась десять лет назад в тот самый день, когда наследника лорда Ричарда Томпсона похитили с собственного Дня Рождения. Ты только представь, собралась вся элита, даже королевская семья оказала честь своим присутствием…и Честер - так его звали - исчез. Его искали пожарные, искала полиция, но все безрезультатно. Проверили каждый камень, прочесали каждую травинку, заглянули в каждый колодец, канавку, но все в пустую. Парень, как сквозь землю провалился. Сначала решили, что это похищение с целью выкупа, но прошла неделя, месяц, год, а от похитителей ни слуху, ни духу. Ни одного звонка, письма…ничего. Был человек - и нет человека. Вся старая Англия пришла  в ужас от   постигшей семью лорда Томпсона трагедии. Старик слег с инфарктом и так потом от него и не оправился. Тогда за поиски взялся Людвиг - приемный сын лорда от второго брака. Он оказался очень упорный - за три го!
 да организовал шесть поисковых экспедиций. Через полтора года Ричард умер, и  Людвиг возглавил  Корпорацию "Томпсон Энтерпрайзис". Тогда-то, он и организовал это благотворительное общество. Организация, как большой организм, разрослась по всему миру. И вот, наконец  - то, спустя десять лет, они добрались до Сибири".
"А сколько лет было  мальчику, когда его похитили?"
"Двадцать".
 "Ничего себе - уже не малыш! Как же его могли украсть?"
"В том-то и загадка! Никаких следов - как корова языком слизала".
Возникла пауза.
"Вот такая, блин, музыка, - улыбнулась Люда, - а у тебя как жизнь?"
Аня  вздохнула: "Все плохо - зашиваюсь на работе".
"Что, дебет с кредитом остался, не сведен?"
"Да, зря я залезла в  бухгалтерию. Меня уже тошнит от этих цифр! Все люди как люди - уже давно сидят дома на диванчике перед телевизором, а я мучаюсь с балансом. Вот хотела пригласить тебя сходить куда - нибудь развеяться", - с надеждой закончила Аня.
"Не, Анюх, не сегодня".
Аня услышала, что у Люды зазвонил мобильный.
 "Ладно, бывай, меня по правительственной линии", -  рассмеялась сестра и  повесила трубку.
Некоторое время Аня слушала короткие гудки, потом медленно опустила трубку на рычаг. Ее опять окутала тишина офиса. Лишь гулко барабанили по жестяному карнизу капли дождя.
Люда была такая же, как обычно - резкая, стремительная, нетерпеливая.
Аня почувствовала, что настроение испорчено окончательно. Она вспомнила, что это уже не первый раз, когда она предлагает встретиться, и всегда у той находятся более важные и срочные дела. То она мчится в аэропорт, опаздывая на важную встречу, то ловит такси, а в большинстве случаев, как и сегодня, готовится к передаче.
Она раздраженно допила остывший кофе и перевела взгляд на стоящего на столе любимого крошечного  чудика с тоненькими розовыми рожками и ножками.  На сердце сразу потеплело, словно от встречи с кем - то родным. Дома у нее была целая коллекция таких милашек, а сюда, для поднятия настроения, она принесла самого забавного, - а что, Му - Мушка, пойдем-ка домой, - улыбнулась девушка, -  Ну ее, эту работу! Больших успехов мы здесь все равно не достигнем…  - она начала складывать разложенные в беспорядке на столе документы в одну аккуратную стопку, - зайдем по пути в кофейню, выпьем чашку шоколада … и все у нас будет расчудесно!"
Зазвонил сотовый.
"Влад!" - с надеждой подумала Аня, но это был не он.
 "Угадай кто это!" - весело прочирикал молодой и смутно знакомый женский голос.
Аня поморщилась, как от зубной боли. Надо будет заказать определитель номера. Она давно собиралась это сделать, но все как-то руки не доходили.
"Не знаю",- с легким раздражением ответила она.
"Это Оля, - разочарованно протянула трубка, - мы вместе ходим в косметический кабинет".
"А, привет," - Аня вспомнила это белокурое создание с длинными как у Диснеевского Бемби ресницами. Они перекинулись всего парой фраз, и Оленька записала ее в число своих подружек.
"Анечка, мне так грустно, - заныла девушка, - давай куда- нибудь сходим!"
Аня улыбнулась - получалось как в той песне: "если уж быть одной хуже даже чем быть со мной"…
"Ну, давай",- лениво согласила она.
"Класс! Тогда заедь за мной, а то мама забрала мою тачку!"
Ну,  это было уж слишком. Аня знала, что Оля живет в коттеджном поселке за городом. Тащиться туда ночью - удовольствие ниже среднего.
"Оля, я не уверена", - начала она.
"Ну, Анюсик! - завопила Оленька, перебив ее, -  пожалуйста! Мне так грустно, и я так по тебе соскучилась!"
Аня хотела сказать твердое нет, но представила, как придет в пустую квартиру и останется наедине со своими призраками…  и согласилась.
"О, Анюсик, я тебя люблю! Все! Целую! Жду! Bye, bye!"
Она отсоединилась. Аня мрачно улыбнулась: "Шустрая девчонка, а я никогда не умела отказывать!"
Аня  выключила компьютер и, сняв со спинки стула сумку, подошла к шкафу, где хранилась верхняя одежда. Достала модный кожаный плащ, одела его, подошла к зеркалу. За день  светло  - пепельные локоны развились, ну, да и Бог с ними. Аня прошлась расческой по волосам, послала воздушный поцелуй своему отражению и промурлыкала: "А я ничего! Даже хорошенькая!"

Не открывая зонта, Аня добежала до машины, сняла ее с сигнализации, забралась в  крошечный салон  и включила зажигание. "Окушка" мирно заурчала, словно доброе домашнее животное. Аня мечтательно вздохнула: Влад обещал подарить ей на День Рождение "RAV 4", но до этого еще полтора месяца, а так хотелось поскорее стать обладательницей престижной машины!
 Аня мягко тронулась. До коттеджного поселка она долетела за пятьдесят минут. Скорость подняла ей настроение. Ничего: сходит, развеется, потанцует. Хотя она никогда не была "клубной девочкой".  От громкой музыки и сигаретного дыма у нее быстро начинала болеть голова.  
Конечно же, Оленька была еще не готова. Подобно нимфе, она порхала по дому в нижнем белье - прекрасная, как мечта.
"Закрой дверь, - закричала она Ане, - у меня лак еще не высох".
  Аня прошла в гостиную, над которой трудился один из известных дизайнеров города. Атмосфера была именной такой, какая и нужна - расслабляющей и непринужденной. В ходе первого разговора с Олей выяснилось, что это был тот же дизайнер, который  занимался оформлением квартиры Влада.
Аня прошла по комнате, утопая ногами в белоснежном ковре и села в глубокое  кресло. Хорошо!   Тишина, покой и гармония с миром. Больше всего Аня ценила в жизни эти три вещи.
Мимо комнаты пролетела полуодетая Оля. Мельком взглянула на Аню и испуганно округлила глаза: "Ты что оделась как на прием к президенту?! Мы же отрываться идем!"
"Я ведь с работы".
Оля презрительно хмыкнула: "Не понимаю, зачем ты горбатишься на какого - то дядю!?  Неужели у Влада недостаточно денег?"
"Дело не в этом, - неуверенно отозвалась Аня, - просто… мы еще слишком мало вместе…"
"Мало?  - искренне удивилась Оля и мельком посмотрела на свой совершенный маникюр, - это сколько?"
"Меньше года…" - Аня почувствовала легкое раздражение. Ну, не станет же она объяснять этому райскому цветочку, что хотела бы быть финансово - независимой от Влада. Та все равно ее не поймет.
Оленька посмотрела на нее  внимательным взглядом профессора, столкнувшегося с неведомым доселе  вирусом.
"Ну, это конечно, не так уж мало, - скомкано добавила Аня, - но все же…"
"Ты слишком много думаешь, -  поставила диагноз Оленька и, вспомнив что - то важное, восторженно затараторила, - представь, видела на днях Иринку. Помнишь, приходила со мной… такая, в зеленых линзах и лаковых сапожках с ужасными пряжками! - Аня не помнила, но кивнула, - так вот, она собралась в тур по Европе. Говорит, что сейчас с нашего автовокзала автобусы уходят в любую страну!"
Аня иронически скосила на нее глаза: "Ага, а на них красным фломастером написано "До Занзибара"". 
Оля озадаченно посмотрела на нее: "Думаешь, врет?"
"Слушай, у тебя в школе по - географии, какая оценка?"
 Оля просунула голову в тонкий, как паутинка свитер и недовольно посмотрела на Аню: "Одень что - нибудь из маминых тряпок. Ты выглядишь как моя классуха".
Аня поморщилась: "Нет, я лучше так пойду… не люблю чужие вещи".
Оля пожала плечами:  "Как хочешь".
 Они вышли на улицу.
"А я думала, на таких машинах уже не ездят",  - мило улыбнулась Оля, когда они тронулись.
"А ты почаще общайся с простым народом, еще и не такое узнаешь",  - Аня почувствовала, как нарастает раздражение.
"Нет, спасибо, я своим кругом общения довольна".
Они замолчали, глядя на дорогу.  Аня подумала, что это будет не самый удачный из  вечеров. 

Неожиданно что - то большое мелькнуло перед машиной. Аня в ужасе нажала на тормоза. Что - то перевалилось через капот. Оля дико завизжала,  закрыв глаза руками. Аня посмотрела в зеркало заднего вида. Ее прошиб холодный пот. Человек лежал на земле в четырех метрах от машины. За мгновение все звуки исчезли - Оля беззвучно открывала рот, выкатив полные ужаса глаза, дворники, ритмично работали, вытирая воду, дождь лился на неподвижно лежащую посреди дороги темную массу. Аня медленно подняла руку, провела ладонью по лбу, и звуки оглушили ее. Орала как резаная Оля, голосом Бритни Спирс кричало радио, глухо стучал по крыше машины дождь, скрипели работяги - дворники не успевая справляться с потоками воды.. это случилось с ней. Она сбила человека! Она убийца! Медленно, не слушающимися руками, Аня открыла дверцу машины. Оля вцепилась ей в рукав:  "Нет, не ходи туда!!! - ее лицо перекосила уродливая гримаса ужаса, - поехали отсюда…."
Аня посмотрела в ее полные мольбы глаза и грубо вырвала руку: "Сиди тихо. Я сейчас приду".
Она вылезла из машины и прислонилась к ее успокоительно мирно урчащему телу. Ноги не слушались. Если бы можно было закрыть глаза и оказаться далеко отсюда… там, где тепло и сухо…. Но она не могла уехать. Она не могла бросить этого человека лежать здесь, посреди мокрого, блестящего в свете фар шоссе. Судорожно всхлипнув, она сделала первый шаг к сбитому. Обернувшись к машине, как бы ища поддержки от попутчицы, Аня увидела ее напуганное лицо, прижатое к стеклу, смешно сплющенный нос, рука сжала рот. Аня сделала еще четыре шага. "Ну, пошевелись же!!!!"-   Молила она, но темная масса оставалась неподвижна.
Аня подошла вплотную, так близко, что носки ее ботинок коснулись его ноги и застыла не в силах заставить себя склониться к сбитому…
 "Эй, - прошептала она и вздрогнула от звука собственного голоса. Он был чужим, - Вы…. живы?"
Он не шевелился. Это был мужчина. Он лежал вниз лицом,  подогнув под себя правую руку. Черные волосы, мокрая грязная порванная одежда. Она не виновата: он сам выскочил на дорогу. Какой-то пьяный бродяга! Нет! Она не будет его трогать! Ни за что! Нужно срочно позвонить  в больницу. Они приедут и заберут его. Да, она выполнит свой долг и забудет об этом происшествии. Аня полезла в карман за сотовым. Руки дрожали. Она достала телефон, но он, словно живой, выскользнул у нее из рук и упал на асфальт рядом с телом. Сглотнув, Аня наклонилась над ним. От мужчины пахло помойкой. Пытаясь подавить отвращение, она протянула за сотовым руку. И тут произошло неожиданное - мужчина резко развернулся и, схватив ее за руку, притянул к себе. В его руке оказался пистолет. Аня завизжала.
 "Спокойно, девочка," - приказал он. У него был голос с хрипотцой.
Наблюдавшая за ними Оля,   поползла  на Анино место, желая только одного  - поскорее смотаться отсюда, но мужчина заметил ее движение. Прозвучал громкий щелчок, и заднее стекло   машины вдребезги разбилось. Оля дико завизжала и спряталась под сиденьем. Голосом, от которого тело парализовал страх, он крикнул: "Эй, в машине, без фокусов!".
Мужчина перевел глаза на сидящую на асфальте Аню. Девушка  еще не вышла из шока. Она не понимала что происходит, что от нее хотят. Она сидела, дрожа и глядя пустым взлядом в темноту.
"Эй, в машине, иди сюда - приказал он, - твоя подружка что - то совсем расклеилась".
Оля, рыдая, выползла из машины.
 "Отпустите меня! Я никому ничего не скажу!"  - всхлипывала она.
"Подойди ко мне!"
Девушка, рыдая, упала на землю.
"Подойди живо или я пристрелю тебя"
громко рыдая, Оля на полусогнутых ногах подошла к ним, шаркая по асфальту.
"Нет, не убивайте меня, я никому ничего не ска…жу " - от страха у нее началась икота.
Аня перевела на нее взгляд. Она знала, что должна встать, чтобы не злить этого страшного человека, но не могла пошевелиться. У нее от страха отказали ноги.
Мужчина сделал знак пистолетом "А теперь подними свою подружку."
Широко расставив ноги и не сводя с пистолета широко раскрытых глаз, Оля взяла Аню под мышки. Она попыталась поднять девушку, но не смогла. "Сука.., - всхлипнула она, склонившись над Аней , - все из-за тебя" От натуги она пыхтела.
Мужчина молча наблюдал за их барахтаньем. Наконец, Ане удалось подняться. Она даже смогла стоять без посторонней помощи, хотя дрожали колени. Девушка бросила отчаянный взгляд на пустое, теряющееся в темноте шоссе. Ни одной машины! Мужчина поднял с земли Анин сотовый и положил в карман джинсов.
"Идите туда," - он подтолкнул девушек к придорожным кустам. Оля зарыдала с новой силой и упала перед ним на колени:
 " Нет! Пощадите! Я дам денег! Я богата….я…" Ее голос сорвался.
"Встань!" - он грубо поднял ее за локоть.
Девушка встала, тихо плача. Аня молча смотрела на них. Голова была пуста. Никаких мыслей.
"Ну, давайте же вперед!" - Аня видела, что он очень зол. Оля перестала причитать и повиновалась его приказу. Подгоняемые, словно овцы, они спустились вниз, с дороги. "Немного правее, девочки," - на его губах играла гадкая ухмылочка. Он подтолкнул девушек к высокому голому кустарнику. Обойдя его, они увидели что там, прислонившись спиной к дереву, сидит мужчина. Они переглянулись.
"Давайте, давайте! Весело подошли, подняли и понесли в машину".
Девушки приблизились: это был худой, грязный, оборванный человек. Он сидел, закрыв глубоко запавшие глаза и обнажив в оскале желтые зубы. Ане наконец-то удалось взять себя в руки. Они нужны этому человеку, а значит, у них есть шанс выжить.
"Давай, - сказала она Оле дрожащим голосом, - положи его левую руку себе на плечо, а я правую".
Но та  совсем размякла: ее трясло, она перестала что-либо понимать. Аня как могла твердо взяла ее за плечи и глухо заговорила: "Давай, соберись! Он не убьет нас, потому что мы ему нужны".
Но Оля зло оттолкнула ее: "Отвали!"
Аня бросила взгляд на Сбитого. Он наблюдал за ними, переводя дуло пистолета с одной на другую. Оля осела на землю. Видя, что толку от нее мало, Аня в одиночку попыталась поднять мужчину. Она зашла сбоку, положила его руку себе на плечо. Он был тяжел. Ей в нос ударил сильный запах пота. Аня закашлялась, отвернула голову, стараясь не дышать глубоко. Ее затошнило. Она попыталась поднять его, но поскользнулась и вместе с ним у пала на землю. Она почувствовала, как липкая грязь проникает сквозь ткань юбки. Аня с ненавистью посмотрела на сбитого. Он смотрел на нее без улыбки.
"Тебе это нравится, да?" - процедила  она сквозь зубы с невесть откуда взявшейся смелостью.
Он ничего не ответил, подошел ближе и встал с другой стороны.
"Пошли, - приказал он, - а ты беги впереди".
Это было адресовано Оле. Та тяжело поднялась и поплелась впереди. Вместе они подняли мужчину и понесли его к дороге. Аня смотрела под ноги, боясь упасть. Ноги скользили по мокрой листве. Ветер пронизывал до костей. Капли дождя попадали за шиворот, ледяными струями стекали по спине. Она выдохлась, больной стал непосильной ношей. На глазах от жалости к себе защипали слезы. Аня поймала на себе взгляд сбитого, и прикусила губу. Он, наверное, забавлялся их страхом, отчаянием… ведь таким людям всегда доставляет удовольствие мучить других. Наконец они вышли на шоссе. Справа появились огни машины. "Назад!" - закричал Сбитый и потянул назад. Аня поскользнулась и упала, покатилась по откосу вниз. Оля, словно очнувшись, выбежала на дорогу и, раскинув руки, бросилась наперерез машине. "Стойте! Помогите!" - дико закричала она. Машина пронеслась мимо, обдав девушку брызгами воды и руганью. Обессиленная, Оля упала на дорогу, закрыв лицо руками. Грязная, мокрая, липкая, Аня поднялась по отк!
 осу наверх.
"Какая у тебя резвая подружка," - хмыкнул сбитый. Аня подумала, что еще никогда не слышала такого мерзкого голоса. Повинуясь его жестам, она вновь подняла больного и потащила его к машине.
"Сейчас бы ты, наверное, уже не поспешила мне на помощь? - хмыкнул мужчина, - хотя это было так трогательно… я чуть не заплакал от умиления…. "
Аня заскрипела зубами.
 "О нет, - зло подумала она, - я бы поспешила. А убедившись что жив, переехала тебя для верности!"
 Они поравнялись с Олей все так же сидящей на асфальте. Сбитый тронул ее ногой: "Эй ты, просыпайся, пора ехать!"
Она вздрогнула и испуганно отстранилась. "Давай, давай не нервируй меня!" - в его голосе появились угрожающие нотки.
"Я помогу, - быстро проговорила Аня, - она просто напугана…. Успокойся."
"Как же ты смешна, - заметил мудрый  внутренний голос,  - Пытаешься изобразить героиню боевика. Одна на защите человечества. Он ведь раздавит тебя, как мошку".
Но  Оля уже самостоятельно встала и поплелась к машине. Аня вместе  со сбитым  положили больного на заднее сиденье. Тот тихо стонал.
 "Ты, - сбитый вильнул пистолетом в сторону Ани, - садись за руль".
Оля вяло забралась на переднее сиденье и сжалась в комок.
Сбитый сел рядом с другом, положив его голову себе на колени.
"Ну, давай, крошка, газуй!" - приказал он. Девушка повиновалась и нажала на газ. Машина рванула с места. Аня искоса посмотрела на Олю. Та сидела с отрешенным видом. По щекам текли слезы, оставляя черные от туши дорожки. Больной громко застонал и открыл мутные глаза: "Двести пятьдесят пятый?" - позвал он слабым голосом.
Друг склонился над ним: "Все в порядке, Геныч, я здесь,"  - мягко сказал он.  Аня удивленно посмотрела на них в зеркало заднего вида. Это что еще за ерунда?
"Скоро мы доедем до больнички и тебя там вылечат," - продолжал сбитый.
Больной приподнял голову, его воспаленные глаза тревожно скользнули  по девушкам. "Кто это? Кто с нами?" - испуганно спросил он.
"Не волнуйся, это девчушки - веселушки. Они взяли нас покататься". У Ани от его шуток замирало сердце.
"Надо избавиться от них," - прохрипел больной. Аня сглотнула подступивший к горлу ком.
 "Успокойся, все будет в порядке," - нехотя ответил его друг.
"В порядке - с сомнением прохрипел больной,  -  ты так всегда говоришь, а выходит через зад ….  - он помолчал, - Двести пятьдесят пятый, я хочу пить."
"Я знаю, потерпи…. Скоро все будет".
Больной хотел что -  то возразить, но от слабости не смог. Он снова обессилено закрыл глаза.
"Почему? - неожиданно захныкала Оля. Сбитый резко вскинул на нее глаза.   - Почему мы? За что нас?"
"А мы  тут ни при чем!" - весело рассмеялся мужчина.
"Вот как?" - нервно хохотнула Аня.
"Да… знаете, девочки, ведь ваша машина была четвертой, которая меня сбила, но те три уехали не остановившись. Так что виновато во всем ваше добросердечие".
Аня ошарашено смотрела на дорогу, переваривая информацию. Неожиданно Оля, как дикая кошка, вцепилась ей в волосы: "Сучка! Дрянь! Говорила тебе надо уезжать, так ты самая порядочная!"
От неожиданности Аня выпустила руль. Машину занесло.
"Успокой ее!" - закричала Аня, пытаясь выровнять машину.
 Сбитый ударил Олю кулаком по голове. Та потеряла сознание. Машина скатилась с косогора, на бешеной скорости врезалась в дерево. Не пристегнутая Оля вылетела вперед, пробив лобовое стекло. Последнее, что почувствовала Аня, была сильная боль. И все накрыла мгла.
 
 

ГЛАВА 3

 

Первое что она почувствовала, когда пришла в себя - это холод. Он заполнил все ее существо. Девушка сжалась и открыла глаза. Она лежала на мокрой пожелтевшей траве. Первое что она увидела, были грязные разбитые  кроссовки. Она подняла глаза немного вверх. Мокрые, пропитанные грязью джинсы, старая джинсовая куртка, давно забывшая свой первоначальный   цвет, порванная на плече, грязное лицо, заросшее щетиной. Ему можно было дать около тридцати. Смуглое лицо, настороженные темно - карие  глаза, большой лоб, широкие, резко выдающиеся скулы, тонкие губы.
"Что, очухалась?"  - его жуткий голос.
Голова раскалывалась от боли. Кошмар продолжается. Аня повернула голову направо. Рядом на земле сидел больной приятель сбитого -  рыжеволосый мужчина, лицо которого было щедро усыпано веснушками. Бледно голубые глаза угрюмо смотрели из-под кустистых бровей. На вид он был старше своего друга. 
Аня попыталась сесть. Одежда насквозь промокла и прилипла к телу. Мерзкая, холодная. Девушка огляделась в поисках Оли. Ее не было.
Сбитый протянул ей красную, обветренную руку: "Вставай!"
 Аня тревожно посмотрела в его блестящие глаза: "Где Оля?" Голос показался чужим. По его лицу пробежала тень.
"Где Оля?" - ее голос задрожал.
 Последнее что Аня помнила, это огромное, выросшее перед машиной дерево. Дерево заслонившее все. Она напряженно вглядывалась в его лицо, ожидая ответа, но он молчал. Его взгляд был растерянным и смущенным. Нет, она не верит! Она отказывается поверить в то, что прочитала в его глазах!  Это не может быть правдой!  Что же он молчит?!
Но сбитый смотрел мимо нее. Аня повернула голову и ахнула, расширив глаза.  Она увидела свою смятую в гармошку машину. Он нее шел пар. И тут заговорил Геныч: "Все, копец твоей подружке. - он криво усмехнулся, - иди, отскребай ее с деревьев".
"Геныч, не надо, - хмуро одернул его сбитый и тихо добавил, избегая смотреть девушке в глаза, - мне правда очень жаль, но она сильно ударилась когда вылетела из машины. Я уже ничем не мог ей помочь"
Аня хотела закричать, но слова замерли где-то в глубине,  она лишь беззвучно открывала рот, выставив вперед руки, словно пытаясь отгородиться от ужаса, который надвигался на нее.   Время остановилось. Все кончено. Она знала, что в случившемся нет ее вины, но все же, все же. О, Боже! Аня закрыла лицо руками. Как ужасно! Как все ужасно!
Она почувствовала, как  сильная рука подняла ее с земли и поставила на ноги. "Давай, хватит раскисать, - его голос был жестким, - надо идти."
Аня подняла заплаканные глаза и тихо, но твердо произнесла: "Я никуда не пойду". О, как же она гордилась собой в эту минуту!
"Да пристрели ты эту стерву! - проворчал Геныч, -  зачем она нам вообще нужна без тачки?"
Весь ее воинственный пыл в миг улетучился. Она втянула голову  в плечи, с надеждой глядя на 255 - го. Он, казалось, раздумывал. Что же он медлит? Гордость не позволяла ей умолять его, но она была уже близка к этому.
"Нет, пока рано она нам нужна - Геныч попытался что-то возразить, но 255 - й резко прервал его, - я сам решу что с ней делать!" 
Ей было стыдно признаться  в этом, но от радости у нее задрожали колени. 255 -й повернулся к ней и грубовато приказал: "Давай, поднимай Геныча. Идем гулять по лесу".
"Гулять?  -возмутился Геныч, - давай лучше другую тачку найдем!"
"Давай, - пожал 255  -й плечами, - только теперь под колеса будешь прыгать ты!"
Генычу эта мысль не понравилась, и он поспешил замять тему.
 Преодолевая ужас и отвращение, которое внушал ей этот человек, Аня не твердой походкой подошла к Генычу и склонилась над ним. Он оскалился, обнажив в улыбке кривые желтые зубы: "Пониже, малышка."
Аня почувствовала что ее затошнило. Стараясь не смотреть на него, сжав зубы, она наклонилась еще ниже. Он ударил ее по ягодице: "Ух, какая задница!"
Аня застыла от стыда. Она знала, что должна дать ему пощечину, но не могла пошевелиться от страха перед мужчинами. Она ненавидела себя за эту слабость, слезы злости и стыда защипали у нее на глазах. Аня сглотнула подступившую тошноту. "Только не реви!" - приказала она себе, но одна слеза уже покатилась по щеке, смешавшись с дождем.
Девушка с трудом подняла Геныча. Он оказался непомерно тяжелым. О, как же она их ненавидит! Она даже не предполагала, что может испытывать столь сильную ненависть! Они углубились в лес.  Высокая, жесткая трава мешала идти, мокрые ветви деревьев хлестали по лицу.  От тошнотворного запаха мужского пота сжалось все внутри. Только бы не упасть! Аня начала считать шаги. 255 - й шел позади, не давая ей возможности удрать. Девушка слышала его тяжелое дыхание.
"Стой!  - раздалась команда, - привал".
Аня в изнеможении опустилась на землю.
 "Но - но, полегче, - мерзко захихикал Геныч, - нежнее, нежнее надо!"
Как бы невзначай, он скользнул рукой по ее грузи. Девушка отшатнулась. Он благодушно расхохотался.  Вокруг них гудел ночной лес. Горели поцарапанные ветками щеки.
"Как тебя зовут?" - спросил 255 -й.
"Анна", - прошелестела она.
"255 - й, куда ты завел нас?! Я сейчас подохну от боли!" - заныл Геныч.
"Хватит ныть, - устало ответил тот, - скоро лес кончится и будет тебе счастье."
Геныч испустил длинное ругательство смысл которого сводился к тому, что он не верит обещаниям товарища. 255 - й пропустил это мимо ушей и лукаво блеснул  глазами, глядя на девушку: "Красивое имя".
Аня исподлобья посмотрела на него. Он сидел, прислонившись спиной к стволу березы и зажав пистолет между коленей. Аня отметила, что у него очень уставший вид. На смуглом лице горел лихорадочный румянец. Левая щека была поцарапана. Морщась, он расстегнул черную от грязи куртку, стянул левый рукав. Аня увидела, что под курткой его плечо перевязано темной от крови тряпкой. Аня судорожно вздохнула - так вот почему он не убил ее!  Он слишком слаб, чтобы в одиночку справиться с Генычем, и ему нужна ее помощь.  Словно прочитав ее мысли, 255 - й угрюмо оскалился: "И не думай - ЭТО не помешает мне придушить тебя, если вздумаешь фокусничать".
Аня судорожно сглотнула.
"Как ты?" - спросил Геныч.
255 - й усмехнулся: "Лучше не бывает!  - он помолчал, скосив глаза на раненое плечо, - главное, кость не задета, а все остальное ерунда".
"Да, - протянул Геныч, - горячая была ночка. Как ты сделал Карпова!".
В его словах сквозило восхищение. 255 - й засмеялся, но сморщился от боли и жестом подозвал Аню. Тяжело встав, девушка приблизилась.
 "Анютка, будь другом, - он очаровательно улыбнулся, - у меня повязка ослабла. Затяни посильнее".
Аня посмотрела на пропитанную кровью тряпку и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
"Нет, - произнесла она сдавленным голосом, - я не могу, я боюсь крови".
Мужчины переглянулись. 255 - й поднял пистолет и направил дуло ей в лоб.
"А если через не могу?"
Девушка испуганно отшатнулась: "Н-нет, ты, Вы этого не сделаете, - от пришедшей на ум мысли она повеселела, - вы же без меня пропадете."
Он улыбнулся: "А на хрена нам помощница, от которой нет толку?"
Геныч нашел эту мысль правильной и посоветовал "замочить ее не мешкая". Аня покорно склонилась над 255 - м. Она опять проиграла. Сев рядом с мужчиной на колени, она кончиками пальцев взялась за повязку. Глядя на нее, Геныч отпустил похабную остроту. Аня почувствовала, как краска прилила к лицу. Быстро взглянув на нее, 255 -й отвел пистолет чуть в сторону и нажал на курок. У Геныча между ног вздыбилась земля. Тот дернулся, хрипло вскрикнул "Сука!"
"Ай, как не красиво, Геныч!  - насмешливо произнес 255 -й, - разве тебя не учили, что о дамах так нельзя высказываться?"
"Пошел ты! - заорал Геныч, ощупывая себя, - еще одна такая шутка, и я тебя козла замочу!"
"Попробуй, - спокойно ответил тот и повернулся к замершей без движения Ане, - не останавливайся."
Девушка  вздрогнула и склонилась над ним.
"Затягивай сильнее", - приказал 255 - й.
Аня почувствовала на своих волосах его горячее дыхание. Дрожащим руками, она сжала концы повязки и резко рванула их, затягивая узел. 255 -й заскрипел зубами от боли.
 "Вот так - то," - с наслаждением подумала она, глядя в его помутневшие от боли глаза.
"Так достаточно хорошо?" - спросила она сладким голосом.
"Какая ты добросовестная, - прохрипел он все еще морщась от боли, - ладно, отдохнули немного и будет. Помоги мне встать."
Пересилив себя, Аня протянула ему руку.
Он тяжело встал и прислонился к березе, глядя как она поднимает Геныча. Тот как-то сразу ослаб и навалился на девушку всей тушей, дыша ей в ухо.
"А ты храбрая девочка, - улыбнулся 255 - й, - когда все закончится, я, пожалуй, женюсь на тебе."
Аню передернуло от отвращения: "Ни за что, даже если ты будешь последним мужиком на этой планете!"
Геныч заржал. 255 -й хмыкнул, но ничего не ответил.
Неожиданно зазвонил сотовый.  Все трое замерли, напряженно вслушиваясь в бодрую мелодию Моцарта. 255 - й достал телефон из кармана и протянул его Ане, сжимая в другой руке пистолет: "Ответь, только без фокусов!"
Она взяла телефон дрожащей рукой. "Алло," - голос предательски сорвался.
Это был Влад. О Боже, ты ее услышал! Теперь она спасена!

Забыв об осторожности, Аня радостно вскрикнула "Влад!"
Судорога сдавила ей горло, слезы потекли по щекам.
Мужчины по - волчьи смотрели на нее с двух сторон.
"Как же дать ему знать? Ну же Влад, ты должен почувствовать, что я в беде!"
"Анюта, котенок, прости я не смогу вернуться в ближайшие два дня", - услышала она его смущенный голос.
О нет! Нет!
 "Влад! Вернись, ты мне нужен!" - закричала она.
Она видела, как рушится мир. Ее мир!
"Спокойнее," - прошипел 255 - й, прижав пистолет к ее виску. Геныч толкнул его локтем в бок и возбужденно зашептал: "Слышь, паря, давай срубим с ее мужика денежку!"
255     -й нетерпеливо отмахнулся от него, но Геныч, злясь, зашипел: "Не будь дураком! Скажи мужику, чтобы выложил за телку бабосы!"
"Отвали!" - рявкнул тот на него, и Геныч нехотя отступил, затаив обиду.
"Ну, Анечка, не будь ребенком…. У меня срочная работа!" - голос Влада стал раздраженным.
"Работа?! - ее захлестнула волна ярости - Меня хотят уб…!"
255 -й резко отобрал у нее сотовый и отключил его. Аня стояла оглушенная, потерянная, разбитая. Влад! Ее надежда … она совсем не нужна ему!
Геныч, побагровев от ярости, со всей силы толкнул девушку. Она упала, на колючий куст шиповника, вскрикнула от боли в поцарапанных руках.
 255 -й схватил Геныча за шиворот и оттащил от сжавшейся на земле девушки.
 "Мочи ее! Чего ты ждешь!  -  Геныч брызгал слюной, - она только что чуть не сдала нас!"
"Заткнись! Здесь я решаю что делать! Если чем - то недоволен, шагай сам куда хочешь!" - с минуту они смотрели друг на друга тяжело дыша, словно дикие звери, потом Геныч отвел взгляд.
Не слишком тщательно стерев отпечатки пальцев, 255 -й забросил сотовый телефон далеко в кусты.
"Ты дурак, - прошипел Геныч, - не понимаю, что вообще у тебя в голове творится! Мы могли бы неплохо заработать на ней!"
255 -й насмешливо посмотрел на Геныча: "Может быть тебе уже не нужна помощь, а , бизнесмен?"
Тот плаксиво скривился: "Хватит издеваться, братан! Моя нога… "
 Девушка торопливо встала и,  страшась стать ненужной, пролепетала: "Я сейчас, я помогу… он сам не дойдет… "
255 - й бросил на нее быстрый взгляд, поморщился.
Аня с трудом подняла Геныча. Она согласна, теперь быть кем угодно, лишь бы только БЫТЬ. Она готова терпеть  мерзкие тисканья, вдыхать дурманящий аромат пота… готова на все, лишь бы остаться в живых!
Аня почувствовала, как в глубине ее зарождается сила. Сила противостояния. В эту минуту, она дала себе слово, что победит их! Победит тем, что выживет!
  Они двинулись дальше. Впереди она с Генычем, потом 255 - й.
"Твой мужик - то тебя, видать, бросил, - желчно заметил   Геныч,  - наср - ть ему на тебя".
Аня сжала зубы.
Так они шли по лесу. Молча. Аня смотрела под ноги, боясь упасть. Она была подавлена. Влад! Она так молила Бога,  чтобы он позвонил! И вот теперь все надежды растоптаны! Она всегда была для него лишь котенком, красивой девочкой с которой приятно выйти в свет!
На глазах от жалости к себе защипали слезы.
Быстро заморгав, она скосила глаза на Геныча. Не заметил ли он ее слабости?
Чтобы взбодрить себя, Аня представила, как будет давать против них показания в суде. Она будет требовать для них высшей меры или, на худой конец, пожизненного заключения!
Геныч сжал пальцами ее плечо, жарко дыша в шею.  О, как же она их ненавидит!
Аня  с тоской посмотрела вперед - лесу не виделось ни конца, ни края, а она смертельно устала. Каждый шаг давался ей с трудом.  
Влад! Как же он был ей сейчас нужен!
Наконец, лес закончился, и они вышли на окраину города.  Подслеповатыми окнами смотрели на троих изможденных путников  старые,  кособокие пятиэтажки.  Город еще спал. Желтыми огнями мигали светофоры; над аптекой к которой они подошли, горела лампочка сигнализации. 255 - й по - кошачьи бесшумно прокрался к окну. "Ну давай, - прохрипел Геныч, - покажи мастер - класс".
Аня молча наблюдала за ними.
"Следи за обстановкой," - шепнул  255 -й.
"Взломщик," - подумала Аня, следя за манипуляциями  255 -го.
Вокруг не было ни души. Девушка устало закрыла глаза  и  прислонилась к стене дома. Боже, как же она устала! Вся прошлая жизнь представлялась ей сейчас бесконечным праздником. Раем на земле….
255 - й вытащил стекло и повернулся к ним: "Стойте здесь. Геныч, если что, свисти!"
Он исчез внутри. Геныч с тревогой огляделся по сторонам.
Аня тоже огляделась. С надеждой на то, что кто - нибудь появится. Но улица была пустынна. Она вспомнила, как сотни раз проезжала мимо этого района на машине, нарушая тишину сонных улиц музыкой из радиоприемника. Разве она тогда думала, что придут такие времена?!
 В ее ушах звенел телефон. Почему, ну,  почему она не ответила тогда на звонок Люды?! Ее глупая гордыня…. Показаться девочкой на побегушках - как смешно!
Она отдала бы сейчас все лишь бы вернуть время на девять часов назад и вновь оказаться в своем теплом, тихом офисе!
Неожиданно она почувствовала на своей шее липкую от пота, дрожащую руку Геныча. Девушка с отвращением отпрянула.  Он напоминал ей насекомое - мерзкое и гадкое . Геныч криво усмехнулся: "Что ты пугаешься, глупышка… не бойся я тебе ничего плохого не сделаю".
Его рука, густо поросшая рыжим волосом вновь потянулась к ней. "Не смотри что у меня нога не того, все остальное у меня в полном порядке, - он захрюкал, что должно было означать смех, - Ты еще будешь меня вспоминать… поверь, такого мужика как я, у тебя еще не было".
Ее затошнило от отвращения. Сбросив его руку, словно таракана, она процедила сквозь зубы: " Не смей… понял?" - она задрожала от отвращения.
Он зло сощурил глаза: "Да что ты о себе тут надумала, кобыла?! Тоже мне нашлась недотрога! - он хрипло рассмеялся, - Кто на тебя позарится? Тебе ведь только в туалете кричать "Занято"! Твой мужик давно другую тр…т!"
Аня в ужасе смотрела в его бледные глаза вжимаясь в шершавую стену дома.
Раздался шум. Это возвращался 255 -й. Геныч быстро отстранился от нее. Аня, обессиленная, прислонилась к  стене, закрыв лицо руками. Ее трясло. Она все еще чувствовала на себе эти потные, мерзкие руки.
В проеме окна появился 255 -й. Он перевел взгляд с девушки, на ухмыляющегося Геныча, и по его лицу пробежала тень.
 "Геныч помоги мне," - хмуро приказал он и перекинул через подоконник мешок. Аня прерывисто дышала, отшатнувшись от Геныча.
"Это все?" - спросил Геныч. Он тяжело дышал, словно хищник у которого отобрали добычу.
"Нет, сейчас еще одну ходку сделаю…"
"Главное спирта возьми," - гоготнул Геныч.
255 -й молча исчез внутри.
Но неожиданно вновь появился. Легко и бесшумно он перемахнул через подоконник и накинулся на Геныча. Прижал его к стене, сдавив горло. Геныч выпучил глаза,  с испугом глядя на 255 - го. 
"Послушай сюда, ты, рыжая обезьяна, - прошипел 255 -й.  - Если ты еще хоть раз тронешь ее, - он кивнул в сторону обмершей от страха Ани, - я тебе сам ноги повыдергиваю! Понял?"
Геныч быстро затряс головой, выражая полное смирение.
255 - й нехотя отпустил его. Геныч закашлялся, держась за шею. В том месте, где 255 - й сжимал ее, остались красные пятна.
"Ты что, браток,  из - за телки…." - хрипло прокашлял он.
255 - й хмуро посмотрел ему в лицо.
"Да я ничего…" - поспешно добавил Геныч.
255 - й настороженно огляделся по сторонам. Где- то за домом послышались голоса.
"Все, уходим отсюда", - приказал он и взвалил на спину мешок.
"255 - й, поставь мне укол прямо сейчас!- застонал Геныч, - эта боль сведет меня с ума!"
"Вот найдем нору и поставлю, " - ответил 255 - й.
"Ты бездушная скотина! Тебе нравится смотреть, как я страдаю! Мясник!"
255 - й посоветовал ему заткнуться. Геныч повис у девушки на плече, жарко дыша ей в лицо. Он не мог наступать на правую ногу. Они двинулись в путь. Впереди Аня с Генычем, за ними 255 -й.
 

 

ГЛАВА  4


"Стойте здесь!" - приказал 255-й, не разжимая губ, и исчез в черном проеме подвала.
Аня с Генычем остались ждать возле обшарпанной стены девятиэтажного дома.  Аня смотрела на эту стену, исписанную похабными надписями, и думала о том, что когда - то она была белой и красивой, и посаженные вдоль дороги деревья любовались домом, частью которого стена являлась. Словно  огромный белоснежный корабль, дом возвышался среди покосившихся от времени, уродливых пятиэтажек из красного кирпича. И Солнце отражалось в его блестящих окнах, и ветер доносил запахи трав, потому что прямо за ним начинались поля. Этот дом имел странную архитектуру. Стоящий в тупике, он был выполнен архитектором в виде буквы "v" , врезаясь в толщу асфальта своим острым носом, словно ледокол в толщу льда Арктики.
Но время и люди не пощадили его. Теперь он напоминал старую, ржавую баржу. Аня думала  - почему люди такие? Зачем они рушат все прекрасное, получая от этого какое - то дикое наслаждение.

Геныч жадно смотрел на девушку - ее фигуру,  длинные красивые ноги.
Он так хотел сломать, разорвать эту красоту. Чтобы она кричала, умоляла его о пощаде. Геныч облизнул пересохшие губы. Он обязательно до нее доберется! Но пока он слишком слаб. И к тому же у него на пути стоит 255 -й. Вредный мальчишка! Он сам положил глаз на эту девку. Геныч видел, как тот на нее смотрит: словно голодный кот. Но ничего, настанет день, когда он, Геныч, окрепнет и покажет КТО здесь главный.

Из проема подвала появилась голова 255 - го. Он был весел.. "Идите… все в порядке".
Геныч вцепился Ане в плечо горячей потной рукой, навалился на нее всей тушей. 
Войдя внутрь, Аня остановилась, привыкая к полумраку.
 "Сюда, - раздался впереди голос 255 - го, - держись правее."
Идя вдоль стены, Аня прошла еще метров двадцать мимо каких - то крошечных, захламленных комнат и оказалась в похожей на них комнатушке. 255 -й уже развязывал мешок, стоя на коленях. Аня огляделась. Похоже, здесь кто - то уже жил до них: у стены, под большой батареей, были расстелены газеты и навалены какие - то тряпки.  Узкое окно - щель, находящее вровень с землей, было звбито досками и заложено старыми пальто.
"Видишь, хозяин уже к зиме приготовился - окна законопатил." - ухмыльнулся 255 - й, поймав ее взгляд.
Геныч  тяжело опустился на газеты и прислонился к батарее: "Ух, хорошо, горяченькая!"
"Пересидим здесь до вечера, а потом пойдем дальше,"  -   255 -й достал из - за пазухи пистолет, зарядил его и положил рядом с собой.
Геныч тревожно посмотрел на темный проем входа: "Как бы нас здесь не накрыли"
"Не боись, все будет пучком! Будут наступать, мы Анку посадим за пулемет!" - рассмеялся 255  -й и подмигнул девушке.
Аня устало опустилась на пол, не реагируя на его шутки. Она ужасно себя чувствовала: голова кружилась,  все тело ныло, во рту пересохло от жажды. Полузакрыв глаза, она смотрела на растущую кучу всякой всячины, которую 255 -й выкладывал из мешка на пол. Чего там только не было: бинты, коробки с лекарствами, лента одноразовых шприцов, бутылки с минеральной водой, пакеты с отрубями, коробка гематогена.
"255 - й, хмырь, хватит меня мучить! - зарычал Геныч, - поставь мне укол! Я сейчас подохну от боли!"
"Сейчас, - 255 - й торопливо разорвал пакет с отрубями, набил ими рот, - не ной."
Геныч схватил с пола какую - то тряпку и зло кинул ею в товарища: "Перестань жрать! Эй, я тебе говорю, костоправ чертов!"
Аня потянулась за бутылкой с минеральной водой, бросила на 255 - го испуганный взгляд, боясь, что он запретит ей ее трогать, но он был занят коробкой с ампулами. Девушка быстро схватила бутылку, открыла ее. Газированная вода под напором вырвалась наружу, брызнула на пол. Геныч  попытался отобрать у нее бутылку, но Аня поспешно отступила. Он в ярости зарычал, разразился потоком брани.
"Если ты не закроешь пасть, я не поставлю тебе укол", - спокойно произнес 255 -й.
Он набирал в шприц лекарство.
 Геныч ощетинился как гиена. "Значит вот ты как…" - прошипел он, вращая глазами.
255 -й ни как не отреагировал на него.
Аня напилась и в удовлетворении закрыла глаза. Она была почти счастлива. 255 -й забрал у нее бутылку и кинул ее Генычу. Тот жадно вцепился в нее, начал торопливо пить, захлебываясь от нетерпения. Вода лилась по его бороде, стекала на одежду. Напившись, он отшвырнул пустую бутылку в угол.
255 -й повернулся к девушке: "Надо промыть ему рану. Возьми негазированную воду."
Аня посмотрела на него взглядом затравленного зверя: "Я… я не могу.. я не умею".
Он помрачнел, резко сказал: "Научишься. Ну, давай живее".
Дрожащими руками она подняла с пола бутылку с негазированной чистой водой, открыла ее. "Придется немного потерпеть, - сказал 255 - й товарищу, - будет больно. У меня нет обезболивающих."
"А какого хрена ты тогда притащил?" - завопил Геныч.
255  -й грустно улыбнулся: "Мне всегда не везет на анестезию. Это антибиотики, чтобы не пошло заражение".
"Нет, я не хочу, чтобы она со мной что - то делала! Я не доверяю бабе! Только ты промывай!"
Аня с надеждой посмотрела на 255 - го.
"Хватит скулить. Тут ничего сложного нет, - он сверкнул на Аню глазами, - ну, чего застыла?!"
Девушка покорно села рядом с Генычем . Тот смотрел на нее недобрым, воспаленным взглядом. Ее замутило при виде пропитанной кровью штанины. Она брезгливо взялась за ее край кончиками пальцев, попыталась закатать, но нога опухла, и ткань плотно облегала ее. Нечаянно она надавила на нее, Геныч взвыл, дернулся, окатил ее потоком ругани.
"Ну - ка , отодвинься" - хмуро приказал ей 255 - й. Она поспешно отползла. Он  тяжело опустился рядом на пол, морщась как от боли, достал из кармана  нож и протянул Ане шприц: "Вот, подержи".
Аня сжала шприц в дрожащих пальцах.
255 - й склонился над приятелем: "Геныч, не дергайся. А то ногу на хрен отрежу!"
Тот сжал до хруста зубы.  Аня следила за 255 - м.
В этом человеке было что - то первобытное. Один взмах, и их глазам открылась опухшая, черно - лиловая нога. Аня с содроганием отвернулась. Ей стало дурно.
"Давай воду! - крикнул на нее 255 - й, - лей сюда, - Геныч дернулся, выбил у Ани из рук шприц. Он упал на пол, - Терпи Геныч! Ты же мужик!"
В его голосе появился металл.
Геныч корчился от боли, хрипел, шептал ругательства, брызгая слюной. Вместе они промыли ему рану, перебинтовали, 255 -й снова набрал в другой шприц лекарство, поставил укол. Пот заливал девушке глаза, спина ныла от напряжения. 255 -й отдавал короткие указания.
"Как ты профессионально это делаешь," - задумчиво произнесла Аня.
 255 -й бросил на нее лукавый взгляд: "Да, я еще и на машинке умею, и крестиком вышивать…"
Аня невольно улыбнулась.
Он открыл другую коробку с ампулами и набрал в шприц лекарство. Изможденный Геныч лежал с закрытыми глазами.  "Ты врач?" - спросила она.
 255 - й нахмурился и сдержанно ответил: "Да, прошел начальный курс медбрата…"
"Хватит ломать дурака, - возразил  Геныч слабым голосом. Он повернул к Ане красное, потное лицо, - я вот что тебе скажу - он первоклассный доктор! Я только ему свою шкуру доверю!"
 "А тут кроме меня никого нет," - вставил 255 - й. Он устало опустился на пол.
Геныч разгорячился: "Слушай, девочка, я тебе сейчас такое расскажу… - у него заблестели глаза, - мама не горюй! Когда нас гнали этапом из Челябинска… "
255 - й поморщился: "Не надо …"
Но Геныч все- -таки рассказал.
                                ______________________

Их перевозили в поезде,  в багажном вагоне. В последнюю минуту перед отправлением, стало известно, что врач, который должен был сопровождать их, ушел в запой. Искать замену не было ни времени  ни желания.
"Ни черта с ними не случится…. Они живучие, как собаки. Грузи," - хмуро распорядился начальник, и заключенных погрузили в вагоны.
"Слушайте сюда, скоты, - рявкнул главный их охранников, перед тем, как состав тронулся, - если кто - то из вас попробует заболеть или просто пожаловаться на плохое самочувствие, ОЧЕНЬ об этом пожалеет. У кого есть вопросы?"
Заключенные хмуро молчали, глядя в пол.
"Отлично".  - Он постучал резиновой дубинкой по толстой ляжке. На этом и успокоились.
  Первый день прошел спокойно. Это произошло после обеда на второй день пути. Из середины толпы сбившихся в кучу зэков раздался сдавленный стон. Охранник нахмурился и стал пробираться туда, дубинкой расчищая себе дорогу. На полу, положив голову на колени товарищу, корчился от боли огромный детина. По искаженному от боли лицу стекал пот, рубашка прилипла к телу. Он молча терпел уже почти сутки, но теперь уже не было больше сил выносить нечеловеческую боль. Заключенные испуганно замерли.
 "Что это значит?" - рявкнул охранник, осматривая заключенных колючим взглядом.
"У него приступ… живот", - сглотнув, пролепетал тот, у которого на коленях лежала голова больного.
"Начальник, нет больше сил терпеть", - прохрипел больной.
"А ну, хватит прикидываться,  а то сейчас быстро пузо вспорю." - рявкнул охранник.
Больной побелел и затрясся от страха. Подошли еще двое охранников: "Да у него, поди, дизентерия, - предположил один, - у моего дядьки была, вот также загибался."
"И что?" - спросил первый.
"Дрянь - дело: он нам сейчас всех перезаразит! Это такая заразная хрень!"
первый в растерянности смотрел на побелевшего от страха зэка.
"Давай его выкинем от греха подальше", - предложил третий.
"Нет! Умоляю! Это так… это сейчас пройдет! Уже не болит!" - захрипел больной. Заключенные возмущенно всколыхнулись. Друг больного потихоньку отдвинулся в сторону, пряча глаза.
"Доктор! Здесь есть доктор?" - стонал больной. Кто - то из заключенных что - то сказал. Охранники тут же насторожились, как цепные псы.
"Кто - то что - то сказал?" - спросил первый, прощупывая всех колючим взглядом.
"Ну что, будем кончать?" - спросил второй у третьего.
"Я так и знал что все этим закончится!" - в сердцах воскликнул первый и с ненавистью посмотрел на больного.
"Ну не знаю, - задумчиво ответил третий второму, -  вдруг отойдет?"
"А если нет? Лучше перестраховаться", - он погладил ручку пистолета.
Больной дрожал, обливаясь потом.
"Разрешите, я посмотрю", - раздался неуверенный голос из толпы. Зэки поспешно расступились. Охранники впились глазами в высокого, полноватого брюнета.
"Чего?! - рявкнул второй, - кто разрешил двигаться?"
Заключенный переступил с ноги на ногу. В полумраке упрямо блеснули черные глаза.  "Я доктор, - неуверенно проговорил он, - я могу посмотреть…"
 Охранники в замешательстве посмотрели на первого.
Тот поколебался и кивнул: "Ладно, пусть посмотрит".
Зэк неуверенно подошел к больному, сел возле него на колени, склонился, поднял рубашку, осмотрел, осторожно потрогал живот. Больной закричал от боли. Тот, что назвал себя врачом, поднял голову и посмотрел на охранников прямым жестким взглядом: "Думаю, это аппендицит. Надо оперировать или он умрет."
Больной посмотрел на него как на Бога. "Брат, ты спасешь меня?"
По лицу зэка прошла тень. "У вас есть аптечка?" - спросил он у первого охранника.
Те стояли в нерешительности.
"Ну, Макарыч, что будем делать?" - спросил второй у первого.
Тот выругался и нервно взъерошил волосы. Ему захотелось курить. Чертова работа! Он знал, что этим все кончится!
"Что ты хочешь делать?" - спросил он у заключенного. Он посмотрел на номер на его робе "255". Все зэки молчали с уважением глядя на представившегося врачом.
"Хочу удалить аппендицит. Мне нужны анестезия, скальпель, спирт, бинт…"
"Ха - ха… скальпель!  - воскликнул первый, - слышали, самый умный нашелся! Может тебе еще автомат дать?!, - Он ударом ноги опрокинул зэка на пол, - я насквозь вижу тебя, собака!"
Тот лежал на полу, не решаясь пошевелиться.
"Чтобы захотеть убежать, надо быть самоубийцей". - раздался ровный голос.
Охранники окинули взглядом толпу, ища того, кто это сказал. Это был невысокий худощавый мужчина лет сорока.
Второй подскочил к нему, свалил на пол, прошипел: "Учить нас вздумал, урод?"
Говоривший спокойно стер с губы кровь, прямо посмотрел в глаза охранника.
"Извините, господин капитан, - сухо сказал он., - Но Ваши подозрения беспочвенны."
"Он прав, Макарыч, пусть номер 255 попробует. Если он задумает отмочить какой - нибудь номер, мы пристрелим его и этого заступника". Он с ухмылкой кивнул на второго заключенного. Больной с благодарностью посмотрел на заключенного. Тот слабо улыбнулся.
Охранники принесли красный ящичек, который служил аптечкой, открыли его. Из медикаментов там оказались лишь бинты и йод. 255 - й серьезно посмотрел на больного и тихо, но твердо произнес: "Это будет чертовски больно".
"Режь… потерпим…" - прохрипел больной.
255 -  й повернулся к охранникам: "Держите ему ноги и руки".
Первый подал ему перочинный нож. "Водка -  то у вас хотя бы есть?" - спросил 964. среди охранников произошло движение, и ему дали фляжку с водкой. 964 смочил ею лезвие ножа и вздохнул: "Ну что же, приступим".
Он сделал первый надрез. Больной забился. "Держите крепче!" - заорал 964 охранникам. Мужчины навалились на больного, прижали к полу его выгибающееся тело. В рот ему вставили кляп. Слезы текли у него по щекам, голова билась об пол.
"Крепче держите… зажмите здесь! Нитки дайте!" - раздавались приказы. Наконец 964 выпрямился и вытер о тряпку испачканные в крови руки. Больной был без сознания.
"НЕ знаю, - устало произнес 255 - й , - в таких условиях…. Скорее всего умрет, - он обвел смущенным взглядом заключенных, - ноя сделал что мог".
Грубые лица заключенных разгладились. Второй шепнул Первому, угрюмо глядя на 255 - го. "Его популярность растет. У нас могут в будущем возникнуть проблемы."
Тот криво усмехнулся: "Ничего, поместим его в двадцать восьмой барак, и с него сразу спесь спадет, - Второй понимающе оскалился, - его забудут очень быстро".
255 -й устало опустился на пол возле больного, вытер со лба пот. Кто - то из охранников протянул ему бутылку с водой. Он жадно припал к горлышку.
Если бы он знал, что своим благородным поступком выписал себе пропуск в Ад….                                       

дальше >>>

 

 

Перепечатка и использование материалов сайта в интернете или печатных СМИ ЗАПРЕЩЕНЫ 

без письменного разрешения администрации сайта!

При использовании  материалов  ссылка на сайт "Мамочки - сайт для родителей" ОБЯЗАТЕЛЬНА! 

Copyright © 2004 Варющенко Елена (24.09.04)

 

 

Сайт создан в системе uCoz